Главная
 Расписание
 Управление
 О православии
 Проезд
 Контакты
 Фотоальбомы
 Книжная лавка
 Духовенство
 История прихода
 Сестричество
 Приходская школа
 Православный киноклуб
 Канадская епархия
 Приходской хор
 Приход Роуден
 Приход Лашин
 Церковный этикет
 Великий пост
 Пожертвования
 Дискуссионный онлайн форум
  Архив новостей
 Проповеди от Святой Пасхи до Великого поста
 

Слово Митрополита Арсения (Москвина), Киевскаго и Галицкаго (+1876г.) в неделю 21-ю по Пятидесятнице

 

Изыде сеяй сеяти семене своего (Лук. 8, 5). Небесный Учитель Иисус Христос в ныне чтенной евангельской притче уподобил Себя рачительному земледельцу, нещадящему трудов своих для предуготовления обильной жатвы:изыде, говорит Он, сеяй сеяти семене своего. И с кем другим небесный Сеятель слова Божия мог лучше сравнить Себя, как не с трудолюбивым земледельцем? Будучи Богом, Он, по безпредельной любви своей к роду человеческому, принимает на Себя обязанность истиннаго проповедника Божественнаго учения, ходит по городам и селам, и оглашает оныя благовестием слова Божия, показывает грешникам путь ко спасению, убеждает и праведников не совращаться с пути благочестия, возвещая им, что их благия дела, соединенныя с правою верою, не будут забвенны у Бога, но уготовят им блаженство вечное. И ныне, слушатели христиане, семя небеснаго Сеятеля не престает сеяться на нивах сердец наших; и ныне проповедуется Божественное учение устами пастырей Церкви, или лучше сказать, сам небесный Учитель во гласе своего Евангелия, устами церковнаго глашатая, оглашает оным слух каждаго из нас, приходящаго во храм. Но, как всякое семя, так и семя слова Божия, возрастает и возращает плоды обильные только на ниве удобренной и хорошо подготовленной. Каким же образом и чем должны мы удобрять и приуготовлять нивы сердец наших для приятия слова присноживотнаго? О сем в настоящем слове размыслим. Дабы семя Божественнаго учения произращало обильные плоды в сердце человека, для сего необходимо иметь чистое сердце: только человек с чистым сердцем может принимать слово Божие с полною внимательностию и произращать: ибо человек таких только качеств во время слушания слова Божия нимало не разсеевается мыслями, все свое внимание устремляет на предмет, спасительный для души его, бывает чужд житейских попечений, не позволяет чувствам своим блуждать по распутиям мира и развлекаться его прелестями. И если исконный враг человечества и к нему приступает с своими кознями и хитростями и старается нарушить его душевное спокойствие, представляя к тому предлоги благовидные, то он или мало или совсем не успевает разстроить его: ибо сердце, устремленное к Богу и погруженное в смысл Божественнаго учения, не только не трогается посторонними предметами, но и не примечает их. Таким образом человек, находясь в сем состоянии, слушает слово Божие охотно, и приемлет оное с живым и твердым сознанием, стараясь тщательно каждую мысль и каждое речение его насадить и углубить в свое сердце, а потом возращая и напаяя оное ежедневным размышлением и соответственною деятельностию. Посему зная, что словом Божиим запрещается иметь пристрастие к благам мира сего, — он не прилепляет к ним сердца своего; запрещается гордость и надмение, — и он всячески старается избегать той и другаго; осуждается гнев и ярость, — и он все побеждает кротостию, хотя бы всюду встречались ему обиды и досаждения; обличается зависть и ненависть, — и он чужд бывает их, хотя и видит ближних своих, осыпанных дарами счастия, и не только это, но и вместе с ними радуется от сердца их благополучию. Кратко сказать: слыша, что слово Божие обличает и угрожает всякий порок и всякое беззаконие, а одобряет и награждает одну добродетель и благочестие, он всемерно удаляется от первых, и всею душею прилепляется к последним. О! если бы все и каждый с подобным расположением сердца слушали и принимали слово Божие, — сколь бы оно тогда было благоплодно в душах наших и в жизни нашей. Но признаемся, братия, многие ли из нас имеют и приносят такое расположение сердца, приходя к слушанию слова Божия? А если некоторые имеют и приносят оное, то многие ли сохраняют его во все продолжение времени, когда возвещается сие спасительное слово? К сожалению, нет! Большая часть из нас, пришедши в церковь или по одному обыкновению, или по другим каким либо не совсем чистым побуждениям, или мало слушают проповедуемые в ней глаголы живота вечнаго, или слушают, но не с должным вниманием: хищный враг человеческаго рода, развлекая наши мысли, отторгает и похищает у нас сие неоцененное сокровище; разстроивая дух наш, он препятствует нашему слуху внимать небесному учению, занимая наши мысли предметами ненужными и вовсе для души безполезными. О сих-то слушателях сказал небесный Сеятель нетленнаго семени: ово паде при пути, и попрано бысть, и птицы небесныя позобаша е (Лук. 8, 5). Другие, хотя и слушают и даже охотно принимают слово Божие, но вскоре по выходе из церкви, подавляют оное заботами житейскими и суетами мирскими, быв непрестанно заняты то планами о приобретении богатства, то мечтаниями о снискании почестей, то пирами и зрелищами и всякаго рода забавами, а потому слово Божие, вначале усердно ими принятое, бывает в сердцах мертво и бездейственно. Об них Божественным Сеятелем сказано: ово паде посреде терния, и возрасте терние и подави е (Лук. 8, 6). Иные наконец, имея развращенную волю и ожесточенное сердце, не дают слову Божию укорениться в себе, и оно, не имея питательной влаги, вскоре пропадает. Об них тот же небесный Сеятель отозвался так: ово же паде на камени, и прозяб, усше, зане не имеяше влаги (Лук. 8, 7). Безпечность и нерадение удивительныя! Неблагодарность ужасная! Безценный дар с неба ниспослан нам от Царя царствующих, а мы не хотим быть к нему даже столько внимательными, сколько внимательны бываем, по своему корыстолюбию, к дарам обыкновенным, или малоценным, от людей нам подобных! Ах, братия! каких упреков и каких наказаний не заслуживаем мы за сию нашу неблагодарность и невнимательность? Не к нам ли больше, нежели к безпечным и неблагодарным иудеям должно отнести ту поразительную и вместе трогательную жалобу, которую изрекает Бог устами пророка Исаии против народа, некогда Ему любезнаго, но впоследствии так худо заплатившаго Ему за Его любовь и попечения? Виноград бысть возлюбленному в розе, на месте тучнем, жалобным гласом вопиет Он, и ограждением оградих, и окопах, и насадих лозу избранну, и создах столп посреде его, и предточилие ископах в нем, и ждах, да сотворит гроздие, и сотвори терние(Ис. 5, 1). Таким образом из всего огромнаго и повсеместнаго посева слова Божия на нивах сердец наших, по свидетельству небесной Истины, сберегается, возрастает и приносит плод желанный только четвертая часть, а три остальныя части онаго пропадают невозвратно и безплодно. И несмотря на то, небесный Сеятель не престает до ныне сеять свое семя присноживотное! Не предает проклятию эту землю неблагодарную, не оставляет конечному запустению, не осуждает на сожжение вечное! Еще терпит, еще ожидает, да окаменелое в нас сокрушим нашим покаянием, ожестевшее увлажним и умягчим слезами умиления, заглохшее и подавленное, силою твердой воли и решительнаго намерения — всегда и во всем благоугождать Господу, при содействии благодати Божией, отребим и очистим, возрастим и укрепим. Имеяй уши слышати, да слышит, и тщательно слагает глаголы сия в сердце своем, и всеусильно озаботится проявить оныя в жизни и деяниях своих. Остережемся, возлюбленные братия, пропустить время благоприятное, день спасения нашего, продолжающееся время посева слова Божия, да во время жатвы не обрящемся безплодными, и да не обречет нас правосудие небесное в день оный страшный, в онь же кийждо свою мзду приимет по своему труду (1 Кор. 3, 8), яже с телом содела, или блага или зла (2 Кор. 5, 10), умереть навеки смертию голодною. Аминь.

 

Беседа преподобномученика Кронида (Любимова) (+1937г.) в Неделю 21-ю по Пятидесятнице

 

Наши слова и дела В сегодняшнем евангельском чтении на Божественной литургии нашему вниманию была предложена следующая притча Господа Иисуса Христа: «Вот, вышел сеятель сеять; и когда он сеял, иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то; иное упало на места каменистые, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока. Когда же взошло солнце, увяло, и, как не имело корня, засохло; иное упало в терние, и выросло терние и заглушило его; иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать. Кто имеет уши слышать, да слышит!» (Мф. 13, 3-9. Мк. 4, 3-9. Лк. 8, 5-8). В притче о сеятеле и семени Небесный Учитель Иисус Христос уподобляет сердца людей земле, а животворное слово Свое — семени, которое приносит или не приносит плода, смотря по тому, где бывает посеяно: при пути, на камне, посреди терния или на земле доброй. Семя, падшее при пути, затаптывают прохожие или выклевывают птицы. Так потеряно бывает и слово Божие для людей невнимательных, рассеянных, ум и сердце которых, как большая дорога, открыты для мыслей всякого рода, которые слушают и говорят обо всем без различия. Слушают то, что назидает сердце; слушают и то, что вредит душе. Посещают храм для славословия Бога, но не удаляются от таких сообществ, где с постыдным удовольствием говорят о делах порочных. Внимают вещаниям пастыря Церкви, указующего пути спасения, но не заграждают слуха и от кощунов (уст. — человек, произносящий богохульства), обращающих святыню в посмеяние. А такой недостаток бодрствования над собою производит то, что худые помыслы подавляют в человеке священные зерна небесных истин. Правда, слово Божие могло бы найти местечко и пустить корень и в этих людях, потому что семя иногда всходит и довольно весело растет и на дороге, но здесь бывает другое препятствие. Приходит диавол, как говорит Господь, и вземлет слово. Диавол производит это чаще всего представлением этим людям каких-либо неудобств или трудностей; они видят эти неудобства или трудности и остаются тем, кем были. Они слышат, например, о целомудрии и великих благах, доставляемых целомудрием, но не верят этому слову и говорят: «Не запереться же в монастырь, не сделаться же святошей или ханжой! Слабость не злодейство — кто без слабостей?» Они слышат, что во всех делах жизни должно вести себя честно и прежде всего искать Царствия Божия, но не верят этому слову и говорят: «На свете не так водится; должно жить, как живут; надобно приобретать прежде нужное для жизни, а между тем — и Царствие Божие!» Так или подобным образом поступают они по слышании слова Божия, то есть живут не так, как требует слово Божие, а как внушает им диавол. Далее диавол производит свое дело успокоением и усыплением их совести, если она от слова Божия приходит в беспокойство. Слово Божие напоминает им о Божием правосудии, о краткости жизни, о неизвестности времени смерти, об ужасах Страшного Суда и вечного мучения, но они не верят слову Божию и говорят: «Бог милосерд, Он не накажет за человеческие слабости строго; если нужно покаяться, покаемся и исправимся после, умрем еще нескоро, да и ад не так страшен, как его описывают!» Так они поступают! Слышат слово Божие, но не дают ему пустить корня в своем сердце. Наконец диавол производит свое дело разными обольщениями, а иногда приведением в рассеянность и в отчаяние. Например, люди ясно слышат слово Божие: «Днесь аще глас Его услышите, не ожесточите сердец ваших» (Пс. 94, 7-8). «Да оставит нечестивый пути своя... и да обратится ко Господу, и помилован будет»(Ис. 55, 7). «И аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю: аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис. 1, 18). Слышат это, но не веруют слову Божию и говорят: «Надобно жить по природе, как жить против природного расположения? Бог же дал нам такую природу и такое расположение. Поди ты со своим святошеством!» Иногда же по внушению диавола говорят: «От Бога, Которого называют милосердным, нам нельзя ожидать милости; так воспользуемся в полной мере тем, что дает нам здешняя жизнь!» Так рассуждает нерадивый, гордый грешник о слове Божием, в сердце своем пришедший в отчаяние о своем спасении по внушению диавола; он не хочет уразуметь о том, как святые Божии старались постигнуть Святое Писание. Один старец провел семьдесят недель в посте, употребляя пищу один раз в неделю, прося у Бога, чтобы ему было открыто значение некоторого изречения в Священном Писании, но Бог не открыл ему. Видя это, старец сказал сам себе: «Вот! Я подъял немалый труд и ничего не успел, пойду же к брату моему и спрошу у него». Когда же он вышел из келлии и запер за собой дверь, послан был к нему от Господа Ангел, который сказал ему: «Семьдесят недель, проведенных тобою в посте, не приблизили тебя к Господу: теперь же, когда ты смирился и вознамерился идти для вопроса к брату своему, я послан к тебе истолковать значение изречения». Исполнив это, Ангел отступил от него. Ясно, что для разумения слова Божия каждому христианину, хотящему спастись, необходимо иметь, кроме веры и любви к Богу, кротость, смирение и непрестанное памятование о смерти. Взирая на последний исход, то есть смерть, каждая душа невольно обратит свой взор и мысль к престолу грозного Судии в Последний День сего мира. Но похититель слова Божия, диавол, чрезвычайно хитер. Неодинаково поступает он в похищении слова Божия. Сперва он представляет грешнику грех его простительной слабостью, житейским благоразумием и тому подобным и оправдывает грех. Потом, когда человек довольно крепко опутался грехом, диавол уже не оправдывает греха, но облегчает тяжесть его и говорит: «Ну, это не так важно! Так вышли обстоятельства! После можно покаяться!» Наконец, когда человек уже закостенел в грехе, диавол говорит: «Умирай мужественно! Стыдно и что пользы унижаться до исповеди, притом уже при смерти! Неужели думаешь получить милость при смерти, прожив всю жизнь во грехах?» Так похищает диавол слово Божие из человеческого сердца! Но диавол редко действует на души людей без сотрудников, а главные сотрудники суть сами же несчастные люди, которые стараются отвращать других людей от принятия веры и слова Божия. Эти люди часто распространяют книги, опровергающие истину слова Божия и представляющие ее в извращенном виде; они также вводят худые и вытесняют добрые правила жизни, нападают на распространителей истины, лишая их силы слова, унижая насмешками, злословием, разными клеветами и т. п. Например, они говорят: «Проповедник хорошо говорит о трезвости и воздержании, но так ли живет он сам?» Или: «Проповедник сделал адский огонь уж слишком жарким!» Или: «Проповедник заговорился, можно ли верить таким вещам?» и т. п. Так поступают эти люди, и недивно. Им весьма желательно иметь около себя неверующих, потому что это их успокаивает и дает им больше свободы и больше сообщников для удовлетворения своих страстей. Они всевозможно стараются истреблять веру во всех, с кем живут и с кем встречаются. А дабы удобнее достигнуть своей цели, стараются везде выставлять неверие и вольномыслие знаком просвещения и доброго тона, истины святой веры называют мнениями бабушки и дедушки и т. п. Молодые люди быстро заражаются такими сатанинскими мудрствованиями и еще быстрее заражают других! Безумие и богохульство современных безбожников, этих слуг сатаны, доходит до такой дерзости, что они в припадке своей вражды против Бога осмеливаются произносить такую ужасную хулу на величие Божие, которой и сама благость и милосердие Божии не терпят и для предупреждения и вразумления прочих поражают этих безумцев своим праведным гневом. О такой несчастной жертве современного безбожия в иностранных газетах появилось следующее известие: «В одном из североамериканских городов праздновался юбилей какого-то общественного деятеля. Собралась вся «интеллигенция» и в числе ее немалое количество «прогрессистов», социал-демократов и анархистов... В конце вечера заговорили о Толстом и его противорелигиозном учении. Один из американских последователей Л. Н. Толстого принялся доказывать нелепость религии, отвергая само существование Божества. Ему возражали. Спор разгорался, и в конце концов убежденный атеист воскликнул с пеной у рта: «Нет Бога и быть не может. Я отрицаю Его... и смеюсь над дураками, верящими этой старой сказке... Если Бог есть, если Он Всеведущ и Всемогущ, так пусть же Он убьет меня за мое отрицание сейчас... сию минуту, тогда только я поверю в Его существование!..» Не успел богохульник договорить последние слова, как лицо его исказилось... и он упал на руки окружающих... мертвым!» Вот воистину еще одна несчастная жертва толстовской еретической проповеди, новый лавр его юбилейного венка!.. Божий перст проявляется, и, быть может, скоро измученная Россия, очищенная скорбями, вразумленная, окрепшая духовно, постепенно, как могучий богатырь, встанет во весь рост, и тогда сгинет тьма и воссияет свет веры, любви и надежды, свет правды и правосудия... На Тя, Господи, уповах, да не постыжуся во век (Пс. 30, 2). Прочитав о вышеописанном случае, сердце всякого христианина невольно поскорбит о погибшем грешнике и, вместе с тем, порадуется о видимом проявлении перста Божия в назидание другим заблудшим овцам стада Христова. Мы глубоко верим во Всемогущество Божие, в Его долготерпение, но Божию терпению есть предел: если не покаетесь, все так же погибнете... (Лк. 13, 3). Вспомним Вавилон, Содом и Гоморру... Апостол Петр сказал так: Они, как бессловесные животные, водимые природою, рожденные на уловление и истребление, злословят то, чего не понимают, в растлении своем истребятся (2 Пет. 2, 12). Вот где святая истина, перед которой должны трепетать богоотступники! Русский горизонт покрыт темными облаками, но Провидение бодрствует над Россией, и верится, что из грозных туч рано или поздно проглянет, наконец, желанный светлый луч и согреет окаменевшие сердца наших русских братьев во Христе и семя слова Божия возрастет в сердцах русских людей тучной нивой. Друже! Испытай себя, не принадлежишь ли и ты к тем людям, на которых слово Божие сеется, как семя при пути? Есть ли у тебя вкус к истине? Желаешь ли ты истины? Нравится ли тебе истина, когда ты читаешь или слышишь ее? Не скучно ли тебе слышать истину? Не предаешься ли ты во время проповеди пустым мыслям и разговорам? Не смотришь ли ты легкомысленно по сторонам? Испытай себя искренно! При искреннем и беспристрастном испытании легко можешь найти, что для тебя ничего нет скучнее и неприятнее слышания слова Божия, что ты предан вещам совершенно иного рода и у твоего сердца другие потребности. Не говори в свое оправдание о своем человеколюбии, о доброхотстве, о дружбе, о любви, о чувствительности, о сострадательности, ибо все эти твои слова и твои чувствования легко могут быть произведены игрою плоти и крови. Ты можешь так говорить и так чувствовать, однако же у тебя нет всхода семени слова Божия, ты — большая дорога! Испытай себя еще! Вот уже приметно, спасительно действуют на тебя внушения твоего отца, твоей матери, твоего друга, твоего духовника и пр. Теперь, по-видимому, действует на тебя и слово Божие; ты принимаешь истину, хочешь исправиться, но к тебе спешат твоя страсть, сообщники твоих грехов, другие развратители, дивятся твоей перемене, сожалеют о тебе, уговаривают тебя, бранят тебя, смеются над тобой, сыплют на тебя злые остроты. Берегись, это сотрудники диавола, они как раз могут похитить у тебя семя истины! Удаляйся от них и помни, что все сотрудники диавола, стараясь увеличить свое общество, сперва обыкновенно оказывают особенную любовь к тебе, но когда ты войдешь в их круг, они забудут тебя; когда тебе нужно будет утешение, они не дадут тебе его, и когда ты ляжешь на смертный одр, они уйдут от тебя, потому что не могут терпеть вида умирающих. Но слово Божие, соблюденное тобой в сердце твоем, и истинно христианская жизнь по слову Божию дадут душе твоей вечный покой и радость. Потому святые угодники Божии и мученики ни о чем так не заботились, как о соблюдении слова Божия, и жизнь свою устрояли так, как мы увидим из следующего христианского примера. Святому Марину, воину, предложено было три часа на размышление, чтобы избрать ему жизнь или смерть: принести жертву идолам и быть живым или умереть за Христа. Бывший тут христианский епископ взял Марина за руку и повел его в церковь. Здесь, в алтаре, показав ему рукою на святое Евангелие и на меч, которым он был препоясан, сказал: «Избери от сих двух вещей одну: или меч, чтобы ратовать за царя земного и погибнуть по смерти, или быть воином Царя Небесного и за пресвятое имя Его, написанное в сей книге, положить душу свою и царствовать с Ним вечно». Святой Марин взял святое Евангелие, облобызал его и изъявил готовность умереть за Христа (Четьи-Минеи, 7 августа). Друже! Еще прошу, войди в себя основательно и смотри: твоя мать, может быть, уже молчит, потому что ты презираешь ее увещания; твой друг, может быть, уже молчит, потому что ты изъявляешь на его внушения досаду; твой духовник, может быть, уже молчит, потому что ты платишь за его спасительные увещания грубыми словами. Внутреннее беспокойство, упреки совести, действие благодати Святого Духа в тебе уже прекратились. Правда, Сеятель еще не опустил Своей руки, еще продолжает сеять, но долго ли продолжится время посева? Если посеянное для тебя в свое время не всходит в тебе, то на что надеяться? Смотри, может быть, твоя весна и твое лето уже прошли; может быть, уже проходит и осень твоя или даже начинается зима твоих лет. Что сеется глубокой осенью и зимой? А если и сеется, то что тогда принимается, всходит и растет? Спеши теперь отверзать все свое сердце для слова Божия, дабы оно благовременно принялось, возросло и принесло плод блаженнейшей Вечной Жизни! Други мои, помните, что слово Божие есть семя, но и всякое слово человека есть семя, ибо заключает в себе какую-либо мысль, чувствование, желание. Не только проповедание слова Божия есть сеяние, но и всякая беседа наша, всякий разговор тоже есть сеяние, и всякое дурное дело, нами сделанное, есть как бы семя негодной травы, посеваемое в сердце ближнего: оно в нем всходит, вырастает и приносит негодные плоды. Например, я произнес нечистое слово, его подхватил неопытный или неосторожный юноша, у него пробудилась похоть, возникли злые мысли и желания, и он теперь предается беспутству, как безумный. Я сделал дурной поступок в присутствии ребенка или моих слуг. Этот поступок, как негодное семя, брошенное в сердце, тотчас взошло и приносит негодные плоды: дети и мои слуги делают дела, подобные моим, без всякого страха и опасения, делают, как скоро имеют возможность, и этому мы имеем немало примеров. Лет двадцать тому назад, когда я был еще в обители Преподобного Сергия, пришел помолиться Сергию, угоднику Божию, крестьянин Иаков, прихожанин храма той местности, где я родился, и зашел ко мне. Видя необыкновенную грусть на лице его, я спросил о причине грусти, и он поведал мне следующее: «У меня есть сын шести лет, который привык к такому ужасному пороку срамословия и ругани матерным словом, от которой даже я, мужчина, прихожу в смущение и ужас. Пробовал было наказывать, после наказания бросал в подпол, но все это не помогает, мой сын хуже озлобляется и с таким ожесточением произносит ругань, что даже лицо его чернеет, и тогда страшно бывает смотреть на него». Ясно, что к душе малютки приразился диавол и понуждает его к сквернословию. Я спросил отца, откуда же малютка мог научиться такому ужасному сквернословию. Тогда крестьянин сознался, что причина сего — он сам. «Я, — сказал он, — имею эту привычку сквернословия, когда бываю в нетрезвом виде. Вот о сем-то я больше всего и скорблю, что сам насеял эти погибельные плевелы в душе невинного ребенка». Видя его душевное смущение и слезы, мне от всей души было жаль сего страдальца, но помочь ему в горе я ничем не мог, кроме искреннего сердечного слова утешения. И, вместе с тем, посоветовал ему всю скорбь души своей излить перед мощами Преподобного Сергия и, как живому, поведать ему печаль своего сердца и просить его дивной помощи себе и страждущему погибельным недугом малютке. Через год после свидания с Иаковом я виделся с ним на родине и спросил о малютке. Слезы обильной струей потекли из очей Иакова при вопросе о сыне. Успокоившись, он сказал мне: «Дивен Бог во святых своих. Молитвами и предстательством Преподобного Сергия малютка мой за последнее время совсем перестал сквернословить, да и сам я теперь, благодарение Богу, водки уже не пью». Какой дивный и назидательный пример для родителей и для каждой души! Поучайся, христианин, как вредны бывают не только дурные слова и дела, но и ощущения неисполнения наших обязанностей. И ощущения могут производить такие же вредные действия, как и дурные дела. Например, мы молчим, когда нам должно говорить и защищать дело истины, невинности, особенно веры. Другие, видя наше молчание и принимая его за одобрение, впадают в заблуждение сами и распространяют свое заблуждение на других. Мы даем своим детям или служителям свободу быть в ночных собраниях, они попадают в худые сообщества, развращаются и погибают (у Апостола Павла: «Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15, 33)). Таковы все наши плохие поступки и ощущения; ни одно из них не бывает без тех или других худых последствий. Эти последствия наших худых дел часто простираются вдаль и умножаются, так сказать, до бесконечности. Они никогда не перестают производить зло. По крайней мере, мы никак не можем определить время, когда они, наконец, перестанут делать дальнейшее зло. Они постоянно продолжают производить зло, несмотря на то, согласны ли мы на это или не согласны. Они продолжат свое злое дело даже и тогда, когда мы уже будем лежать в могиле. Положим, что кто-нибудь вовлек беспорочное лицо в блуд. Это лицо, потеряв невинность и чувство чести, теперь чувствует только жало воспаленной плоти, развращает другое лицо, другое развращает третье, пятое — десятое и так далее, до целых сотен, которые в непрестанно умножающемся числе передают свой разврат поколению следующему, следующее поколение — дальнейшему поколению, так что нет и конца разврату. Кроме того, незаконнорожденные дети остаются без имени, без чести, родительского надзора и воспитания, вырастают грубыми, с такими же склонностями к нечистоте, часто совершенно буйными, и производят разврат наглым и бесстыдным образом. Итак, подлинно мы можем давным-давно лежать в могиле, а наш грех, наша зараза все еще будет распространяться и производить ужасное зло — опустошение душ. Это только пример. Другие страсти производят такие же злые последствия. Вот такое множество зла может произойти даже от одного человека и одного греха! А как много у всех нас тяжких грехов, христиане! Но все эти так бесконечно простирающиеся худые последствия наших худых дел на Суде Божием будут поставлены в число наших собственных грехов и вины, потому что, хотя мы их не делали, но причиною того, что они были сделаны, были мы. На Суде Божием, в оправдание от сих худых последствий, никто из нас не сможет сказать: «Я не виноват в этих последствиях». Потому что иначе всякий злой человек, зажегши дом своего соседа и сделавшись причиной истребления множества других домов, также мог бы говорить в свое оправдание: «Я зажег только один дом и отнюдь не хотел сжигать других домов. Виноват ли я, что они сгорели?» Кого может уважить и перед людьми, и перед Богом такое оправдание? Итак, какой ужасной ответственности может подвергнуть нас даже один сделанный нами грех! Начертите неизгладимо в своей памяти эту великую истину все вы, сеявшие между другими семена нечестия своими словами и делами! Какое множество самых горьких плодов принесут вам эти скверные греховные дела, ежели вы не будете приносить самого сердечного покаяния и в то же время не будете всеми мерами день и ночь исправлять произведенное вами зло и выводить на спасительный путь всех совращенных вами с пути спасения. Иначе всякий совращенный вами с пути спасения, хотя бы он был в сотом поколении, будет ужасно вопить в день Страшного Суда ко Господу об отмщении вам за свою погибель. Весьма тяжко положение беззаконных. Пшеницу на поле подавляет терние, а семя слова Божия подавляет печаль века сего, лесть богатства и житейские сладости. Чрезмерная заботливость о потребностях жизни не дает времени и подумать нам о том, что всего важнее. Пристрастие к богатству вытесняет из сердца желание стяжать сокровище на Небе. Чувственные удовольствия не дают ощущать сладости в предметах духовных. Не при пути, не на камне, не посреди терния, но на доброй земле семя приносит плод обильный. Плодами благодатного семени слова Божия насладятся только те, которые слушают его не яко слово человеческое, но якоже есть воистину слово Божие, — с благоговейным вниманием и с покорностью ума и сердца; принимают с такой любовью, что при всех переменах земной жизни, при внутренней борьбе с греховными влечениями, среди обольщений и плевел лжеучений сохраняют его, развивают благочестивым размышлением и чтением, питают умилением, возращают христианскими делами и преисполняются к слову Божию такой любовью, что ради славы Божией и слова Его готовы на всякое страдание, что мы и видим из следующего примера. — Если не послушаешь меня, — говорил мучитель святому мученику Феодулу, — не принесешь книг (священных), я раздроблю тело твое на части и отдам в пищу зверям. — Вот мое тело, — отвечал мученик, — делай с ним, что хочешь, мучь его как можно свирепее, но я не отдам священных книг на поругание нечестивым (Четьи-Минеи, 5 апреля). На этой-то доброй земле благих сердец жизнедательное семя слова Божия открывает всю полноту своей спасительной силы. Внимательных, благоговейных слушателей оно порождает в жизнь небесную и благодатную, исполняет дарами Святого Духа, обогащает плодами благих дел, вводит в близкое общение с Богом, обращает в сынов Небесного Царствия. Знали древние христиане драгоценную пользу слова Божия и ценили это сокровище настолько, что даже во время гонения, принужденные бежать и укрываться, не позабывали брать с собой Писание — источник своего утешения. Когда было воздвигнуто гонение на святые книги, христиане скрывали их, не переставая, однако же, тайно читать их. Во время сего гонения три фессалоникийские женщины, Агапия, Хиония и Ирина, удалились в горы. Когда же по возвращении оттуда у святой Ирины были обнаружены списки Священного Писания, судивший христиан Дульцетий спросил ее: — Кто заставляет тебя хранить до сих пор эти пергаменты и Писания? Ирина отвечала: — Всемогущий Бог, Который повелел нам любить Его даже до смерти. Поэтому мы охотнее согласимся, чтобы сожгли нас самих, и претерпим все, что бы с нами ни сделали, нежели выдадим сии Писания. — Знал ли кто-нибудь, — спрашивал Дульцетий, — что сии книги находились в твоем доме? — Это видел только Бог, Который все знает, — отвечала Ирина, — а более никто, потому что мы боялись своих слуг больше, нежели наших врагов, опасаясь, чтобы они нам не изменили. Поэтому мы не осмеливались показывать кому-нибудь и крайне сокрушались, что не могли читать их день и ночь, как обыкновенно делали до прошедшего года, когда мы не должны были их скрывать. Во время болезни для христианина не было лучшего утешения, как Писание. Так, Марцеллин, знакомый со святым Афанасием Александрийским, заболев опасно, занялся чтением Писания и в особенности псалмов. Подобным образом одна из знакомых Иерониму христианок, по имени Блезника, находясь при смерти, назидала себя чтением Писания... «Едва она могла ходить от изнеможения, — пишет Иероним, — едва дрожащая голова ее держалась на иссохшей шее, но она постоянно имела в руках [книги] пророков или Евангелие». Многие знали на память большую часть книг Священного Писания. Таков был один из палестинских мучеников, слепец Иоанн. «Этот человек, — пишет о нем Евсевий, — имел книги Божественных Писаний написанными не на каменных скрижалях, как говорил Апостол, и не на кожах животных, и не на бумаге (вероятно, Евсевий Памфил имел в виду папирус), которые все портятся от червей и времени, но на истинно плотяных скрижалях сердца, в своей светлой душе и в своем чистом разуме, так что мог, когда хотел, читать на память места из Моисея и пророков или исторических книг, из Евангелия или Посланий апостольских». Воистину слово Божие чудесно и могущественно для временной и Вечной Жизни человека, который приемлет его с верой и хранит с чистым сердцем, и слово это приносит человеку драгоценный плод и творит великие чудеса. Однажды знаменитый японец-язычник, гуляя по берегу моря, увидел плавающим какой-то предмет и приказал достать его. Это была книга. Придя домой, он стал читать ее. Оказалось, что это Евангелие. Слово Христово так тронуло вельможу, как не трогало до того времени никакое другое чтение. Сам он говорил о своем чтении так: «Никогда прежде я не знал такой личности (как Христос) и не слыхал ничего подобного; не читывал ничего в этом роде и не мечтал о подобных вещах». Чтение Евангелия продолжалось несколько месяцев и наконец привело язычника в христианство. Вот какая чудная книга Евангелие! Святитель Иоанн Златоуст говорит, что даже та храмина (здание), в которой хранится Евангелие, устрашает духов тьмы и бывает неудобоприступна для их козней. А то вот какой случай был с Евангелием. Известно, что наши отдаленные предки были язычники, и поэтому много трудов положили греческие епископы для приведения их в христианство. Много чудесных знамений совершили они для этой же цели. Однажды присланный в Киев греческий епископ долго рассказывал собравшемуся народу о Спасителе и о чудесах, совершенных Богом в Ветхом Завете. Руссы объявили проповеднику, что они уверуют во Христа, если они сами увидят чудо, подобное чуду с тремя отроками еврейскими в печи вавилонской. По их просьбе епископ положил Евангелие в огнь, и — о чудо! — оно осталось невредимым. Тогда князья и многие из народа приняли Святое Крещение. Читай же, христианин, всегда эту чудесную книгу, а особенно когда обуревают тебя искушения, беды и напасти. Слово Божие, содержащееся в Евангелии, служит сильным оружием против врага нашего спасения — диавола и козней его. В этом нам подал пример Сам Господь наш Иисус Христос, Который, будучи искушаем от диавола в пустыне, на всякое искушение отвечал искусителю словом Божиим: писано есть... (Мф. 4, 1-10). Диавол поощряет тебя ко греху, а ты, учит святитель Тихон Воронежский, отвечай ему: «Не хочу, ибо это противно Богу. Бог запретил то». Диавол возбуждает в тебе гнев и злобу к отмщению, а ты пресекай эту мысль, глаголя в сердце твоем: «Бог того не повелел». Указует тебе диавол на чужую вещь и подстрекает сердце твое к похищению ее, а ты говори в сердце твоем: «Бог то запретил — не укради, не пожелай». Так и в прочих мыслях, противных закону Божию, восстающих в сердце твоем, поступай. Возьмем, например, страсти человеческие — чем можно победить их или, по крайней мере, ослабить? Лучшее для этого — чтение Священного Евангелия. Вот послушайте рассказ одного капитана о том, как он избавился от пагубной страсти пьянства. «С молодых лет я, — рассказывал капитан, провожавший преступников в Сибирь, — служил в армии, знал службу и был любим начальством, как исправный офицер. По несчастью, от частых пирушек с молодыми товарищами я привык пить вино, да так, что под конец у меня образовался запой. Бывало, пока не пью — исправный офицер, а как запью, то недель шесть на службу не являюсь. Долго терпели меня на службе, наконец за грубости начальнику, сделанные в пьяном виде, разжаловали меня в солдаты на три года с перемещением в гарнизон; и если не исправлюсь, не перестану пить, то угрожали и строжайшим наказанием. В этом несчастном состоянии, сколько я ни старался воздержаться и сколько ни лечился от пьянства, никак не мог избавиться от своей страсти; поэтому меня уже хотели переместить в арестантские роты. Услышав это, я не знал, что с собою сделать. В одно время я в раздумье сидел в казармах. Вдруг вошел к нам какой-то монах с кружкой для сбора на церковь. Солдаты подавали, что могли. Монах подошел ко мне и спросил: «Что ты такой печальный?» Я рассказал ему свое горе. Монах выслушал меня с участием и говорит: «Точно то же было и с моим родным братом, и вот что ему помогло: духовный отец его дал ему Евангелие и накрепко приказал, чтобы он, когда захочет вина, то нимало не медля прочел бы главу из Евангелия; если жажда вина не пройдет, то еще читал бы и следующую главу. Брат мой так стал поступать, и в непродолжительное время страсть к пьянству в нем исчезла, и теперь вот уже пятнадцать лет капли в рот не берет. Поступай-ка и ты так — и увидишь пользу. У меня есть Евангелие, пожалуй, я принесу его тебе». Выслушав это, я отвечал ему: «Где тут помочь твоему Евангелию, когда никакие мои старания, никакие лекарственные пособия не помогли мне». Я сказал это потому, что никогда не читывал Евангелия. «Не говори этого, — продолжал монах, — уверяю тебя, что будет польза...» На другой день, действительно, монах принес мне вот это Евангелие. Я раскрыл его, посмотрел, почитал немного, да и говорю: «Не возьму его, тут ничего не поймешь, да и печать церковную я не привык читать». Монах продолжал убеждать меня, что в самих словах Евангелия есть благодетельная сила, ибо писано в нем, что Сам Бог говорил. Нужды нет, что не все понимаешь, только читай прилежно. Один святой сказал, что если ты не понимаешь слова Божия, так бесы понимают, что ты читаешь, и трепещут, ведь в страсти пьянства особенно старается удержать нас враг наш — диавол. Я помню, что-то дал монаху, взял у него Евангелие, положил в сундучок с прочими моими вещами, да и забыл про него. Спустя несколько времени я почувствовал сильную жажду вина и поскорее отпер сундучок, чтобы достать деньги и бежать в кабак. Лишь только я открыл крышку, первое, что попалось мне на глаза, — Евангелие, и я живо вспомнил все то, что говорил мне монах, раскрыл книгу и начал читать сначала первую главу евангелиста Матфея. Прочитав ее до конца, ничего не понял, да и подумал: монах сказал, что тут написано то, что Бог говорил, а тут какие-то имена. Дай прочту другую главу; прочел, и стало понятнее. Дай же прочитаю и третью. Как только начал ее читать, вдруг звонок в казармах: по местам, на койки!.. Следовательно, уже нельзя было идти за вином, так я и остался. Встав поутру и решившись идти за вином, я подумал: прочту главу из Евангелия, что будет? Прочел — и не пошел. Опять захотелось вина, и я еще стал читать, и мне стало легче. Это меня ободрило, и при каждом побуждении к вину я стал читать по главе из Евангелия. Чем больше читал, тем становилось мне легче. Наконец, как только я окончил чтение всех четырех евангелистов, страсть к вину у меня совершенно пропала и я почувствовал к нему отвращение. И вот ровно двадцать лет я совершенно не употребляю никакого хмельного напитка. Все удивлялись во мне такой перемене. По прошествии трех лет опять произвели меня в офицеры, чины пошли своим порядком, наконец сделали меня командиром. Я женился; жену Бог дал мне добрую, состояние мое поправилось, и теперь, слава Богу, мы живем счастливо да по мере сил наших и бедным помогаем. С тех пор, как я исцелился от запоя, дал себе клятву каждый день читать Евангелие» (Откровенные рассказы странника духовному своему отцу. Сергиев Посад: Изд. ТСЛ, 1997. С. 32-35). Итак, христианин, всегда читай Евангелие, это чудесная и спасительная книга! Сладок мед, но слово Божие, содержащееся в Евангелии, несравненно сладостнее его: коль сладка гортани моему словеса Твоя (Боже): паче меда устом моим (Пс. 118, 103). Теперь помыслите, братия, чего лишают себя те, которые по невнимательности, нечувствительности или по пристрастию к земному не пользуются внушениями слова Божия, не осуществляют его в своей жизни. «Не приемляй глагол Моих, — говорит небесный Сеятель Слова, — имать судящаго ему: слово, еже глаголах, то судит ему в последний день» (Ин. 12, 48). Имеяй уши слышати, да слышит! Аминь.

 

1913 г. Слово Протоиерея Александра Шаргунова в Неделю 21-ю по Пятидесятнице

 

Святые отцы говорят, что научиться читать слово Божие возможно только всей нашей жизнью. Сегодняшнее Евангелие - притча о сеятеле - о том, как мы должны слушать и воспринимать слово Божие. Господь говорит нам самые простые слова: птица летит, цветы цветут, сеятель сеет, рыбак ловит рыбу. Но во всем, оказывается, заключены бездны премудрости, потому что это Бог сотворил и благословил, во всем присутствуют тайны, связанные с Царствием Божиим. И хотя мы неспособны воспринимать мир на такой глубине, как Христос и святые, которые научились от Господа, - как в открытой книге читать Божий тайны, - но слово Божие должно быть нами воспринято так, как оно сказано. Ученики спрашивают Господа о значении притчи о сеятеле, которую Он сказал в присутствии множества народа. Мы должны стремиться узнать сокровенный смысл слова Божия. Оно неотделимо от молитвы, но молиться Богу и слышать Его слово мы должны разумно. Когда один законник, искушая Господа, спросил Его, как наследовать жизнь вечную, Господь сказал ему «В законе что писано есть; како чтеши?» (Лк. 10, 26). У учеников Христовых была возможность, в отличие от других людей, спросить о значении притчи о сеятеле. У нас тоже есть возможность спросить у Церкви, что значат Его слова. Это самое главное, что есть в жизни человеческой, - узнать, что говорит тебе Христос. Самый счастливый человек - кто слышит это и постигает. «Вам дано, - говорит Господь, - знать тайны Царствия Божия, а прочим в притчах». Почему одним дано, а другим нет? Потому, что чем больше нам открывается истина, тем больше наша ответственность за то, что нам дано. Кому дано, с того и спросится. Потому Господь Сердцеведец даже Своим ближайшим ученикам не сразу открывает глубины Своего слова, а постепенно просвещает, испытывая их в верности Божественной правде. Люди в большинстве своем находятся в духовной слепоте и глухоте: они видят только поверхность. Они могут читать Библию, Евангелие, и воспринимать то, что там написано, только внешне. А внутренне Господь не открывает им духовные тайны жизни, пока не увидит, что они изо всех сил стараются жить по правде и совести. Что такое человеческое сердце? Мы видим, что человеческое сердце - это почва, в которую сеется семя слова Божия. Пока не посеяно семя слова Божия в сердце человеческом, оно ничего ценного принести не может. По естеству своему оно не в состоянии произрастить что-либо подлинное, глубокое, истинное. Поэтому весь смысл жизни заключается в том, чтобы эта почва и семя соединились в благодатном единстве - чтобы наше сердце и слово Христово соединились. Тогда Господь совершит дивное с нашей жизнью. А враг нашего спасения очень зоркий и искусный. Его главная задача - не допустить, чтобы люди услышали слово Божие. В недавние времена очень трудно было достать Евангелие. Если кто-то привозил Евангелие из-за границы, то это считалось криминалом. А если кто-то доставал вдруг где-то Евангелие, то это было для человека действительно счастье - Божий подарок. Все делалось и делается во все времена в мире, чтобы не дать людям услышать слово Божие. Но слово Божие нельзя связать, нельзя навсегда поставить такие преграды, чтобы не было его. Сатана никогда не сдается, хотя он всегда находится в унынии. Он надеется взять скорый реванш, когда видит, что люди все-таки пробиваются к слышанию слова Божия. Как мы видели в этой притче, диавол, прежде всего, стремится похитить слово Божие у тех, кто невнимательно слушает его. Похитить слово Божие из их сердец, с тем, чтобы они не могли уверовать и спастись. Кто не уверует, тот никогда не спасется - говорит нам сегодня слово Божие, и поэтому все усилия врага направлены на то, чтобы отвратить людей от веры. Враг хочет создать такую атмосферу, чтобы люди и слушали, и одновременно не слышали слово Божие. Пусть не по одному только «Радонежу» - по всем радиостанциям и программам телевидения благовествуют Евангелие - если бы такое произошло, для врага это еще не страшно. Ему важно, чтобы людям было неинтересно это слушать. Или пусть слушают, удивляются: «Как умно сказано! Какая красота!» - но не верят этому слову. Как рассказывал один молодой человек, который обратился к вере в советские годы. Когда ему случайно попалось на глаза где-то в студенческом общежитии Евангелие, он открыл его и сразу увидел, что эта книга на несколько порядков (как он прочтет потом у Пушкина) превосходит все, что написано на человеческом языке. Но это не заставило его изменить жизнь, он даже не задумался о том, что должен измениться. Он просто решил, что он особенный человек и все хорошо понимает, в то время как кругом его глупые и слепые невежды. Но если даже блеснет вдруг истина человеку в слове Божием, то сатана постарается сделать все, чтобы человек забыл о ней. Даже еще из храма не вышел - сразу же разговоры с кем-то неизвестно о чем, и все уже похищено врагом, ничего не осталось. А если кто запомнил слово Божие, так враг постарается выбить это из человека, повернуть его ум к тем ценностям, которыми живут все. Всеми способами - через телевидение, радио, рекламу. Входишь домой - включаешь сразу телевизор. Нет у тебя телевизора - открываешь газеты или какой-нибудь сомнительный журнал. И вся атмосфера жизни направлена на то, чтобы человек забыл о слове, которое он воспринял только что от Господа. Если дорога мира сего проходит через наше сердце, это значит, что оно не защищено ни от чего и открыто всем бесам. Невнимательное слушание слова Божия - неблагоговейное, небрежное - названо в Евангелии грехом поругания святыни, потому что это - семя, упавшее на дорогу и потоптанное людьми. Идет попрание драгоценнейшей святыни - люди топчут то, что предлагает им Господь - тайну жизни. Или эту святыню похищают птицы - бесы, которые, налетая, из самого сердца склевывают семя, оттого что человек не хранит его, не дорожит даром Господним. Одно семя упало при дороге, другое - на каменистую почву, а третье - среди терния. Господь Сам объясняет, что это значит. Глубина, на которой открывается значение слова Божия - это скорби, а скорби страшат людей. Многие радостно, вдохновенно воспринимают слово Христово, плачут иногда в храме, слыша это слово. Но Господь предлагает им ту глубину, где это слово возрастает. Предлагает им крестную глубину Своей жизни и смерти, Своей победы над злом и приобщение этой глубине - и люди страшатся. Ведь не зря сказано в Апокалипсисе: в конце всего, когда будет последний Суд, вне Царства Божия окажутся не только блудники и предатели, но и боязливые - те, кто боится жить по правде слова Божия. Может быть - думают они - можно жить как-нибудь не совсем так, как открывает это слово? Может быть, можно устроиться, чтобы не слишком уж рисковать собою, и от слова Христова не отречься? Неизвестно, какое испытание - скорбями или благополучием - оказывается более опасным. «Посеянное в тернии» - испытание благополучием, в котором собраны житейские заботы, всевозможные сладости жизни. Это происходит сегодня на наших глазах. Когда от Церкви отпало большинство людей - во времена ли страшных гонений, когда Господь показал нам, что значит Его слово, или во времена сегодняшнего кажущегося благополучия, когда многих целиком захватывают житейские наслаждения, необязательно даже греховные? Человек всегда предпочитает горькому сладкое. Но нельзя забывать, что он не достиг еще того, что ему принадлежит по его естеству, что путь к этому - через горечь. И как часто тернием оказываются каждодневные постоянные заботы, которых никому, как будто бы, не избежать, но которые у многих вытесняют слово! Сказано - «подавляют» - душат его, и оно не приносит плода. Господь говорит сегодня в Евангелии о том, что каждый человек призван достигнуть полноты духовной зрелости. Он прекращает жизнь человека тогда, когда видит, что большей зрелости этот человек не достигнет, и тогда ставит предел его земной жизни. Но даже младенец или отрок, который еще не постиг всю внешнюю мудрость, может приобщиться всей полноте жизни, которая заключена в слове Божием. И проживший долгую жизнь может научаться от него. Пока мы на земле, мы никогда не достигаем по-настоящему духовной зрелости, но мы должны быть к ней всецело устремлены. Плод добрый, говорит Христос, приносится стократно добрым и чистым сердцем. Сердцем, котороеразумевает слово Божие, как говорит апостол Матфей в притче о сеятеле. Сердцем, которое принимаетэто слово, как говорит апостол Марк в своем Евангелии в этой же притче. Сердцем, которое хранитслово Божие - говорит апостол и евангелист Лука. Слово Божие хранится в сердце благоговейно и крепко - сказано в Евангелии от Луки - и тогда приносится плод в терпении. «Терпением вашим спасайте души ваши» (Лк. 21, 19), - говорит Господь, - «Претерпевший же до конца спасется». (Мф. 24,13). Вся жизнь со всеми искушениями, скорбями и благополучием, со всеми нашими победами (вернее - утешениями Божиими) и со всеми нашими поражениями, зовет нас к терпению. То, что мы приняли, мы сохраним, что бы с нами ни происходило. Как бы ни одолевал нас враг, мы никогда не отступим от слова жизни, которое дает нам Господь. И для нас слово Божие - это «запах живительный на жизнь», а не на смерть, как для врага рода человеческого и врага Божия. Будем внимательны к слышанию слова Божия, чтобы нам не отпасть - говорит Господь. Будем остерегаться всего, что препятствует слову, которое мы услышали, принести плод в нашей жизни. И в особенности будем страшиться невнимательного, неблагоговейного, небрежного слышания слова Божия. Будем остерегаться, чтобы это слово, услышанное нами, не похитил враг и мы не потеряли то, над чем раньше трудились и что уже приобрели. «Имеющий уши слышать, да слышит!» - возглашает Христос. Он возвышает Свой голос через все времена, через все века, через все поколения до конца времен. К каждому человеку без исключения, обращен Его голос. Господь говорит, что путь, который Он предлагает - трудный, узкий, крестный, но только этим путем - слышания слова Божия, принятия его в нашей жизни, в терпении и возрастании его - исполняем мы свое предназначение быть чадами Божиими, любящими и знающими любовь Божию и истину.


 Главная Назад Наверх Печать