Главная
 Расписание
 Управление
 О православии
 Проезд
 Контакты
 Фотоальбомы
 Книжная лавка
 Духовенство
 История прихода
 Сестричество
 Приходская школа
 Православный киноклуб
 Канадская епархия
 Приходской хор
 Приход Роуден
 Приход Лашин
 Церковный этикет
 Великий пост
 Пожертвования
 Дискуссионный онлайн форум
  Архив новостей
 Проповеди от Святой Пасхи до Великого поста
 

Беседа Архиепископа Николая (Зиорова), Варшавскаго и Привисленскаго (+1915г.) в неделю 14-ю по Пятидесятнице

 

В ныне чтенной притче, братие, раскрывается история домостроительства Божия о спасении людей, а точно также и история отношений человечества к этому «смотрению Божию»... Таким образом, притча эта имеет прежде всего историческое значение; но далее, при внимательном разсмотрении ея содержания, нельзя не видеть, что она имеет значение и для настоящаго времени, для всех людей, уже призванных в Царство Христово, — уясняя нам и будущую судьбу этих людей... Вникнем же глубже в ея содержание... Уподобися царствие небесное человеку царю, иже сотвори браки сыну своему... Уподобися... Христос Спаситель любит употреблять в своих беседах приточную речь, т. е. брать подобия, сравнения, образы из видимой природы, — особенно из сельской жизни. Это Он делал для того, чтобы простой человек, не всегда способный к отвлеченному мышлению, мог с большею легкостью запоминать Его учение, яснее себе представлять дело... Уподобися царствие небесное человеку царю, иже сотвори браки сыну своему..., т. е., другими словами: царство небесное, по своему характеру, — как высшее блаженство, как духовный пир в невечернем свете славы Божией, — и его устроение подобны тому брачному пиру, который устрояет один царь по случаю бракосочетания своего сына... Царство Божие — на земле в св. Церкви, а на небе, в месте вечнаго блаженнаго состояния душ, состоящее в вечных духовных благах, как, например, мире и радости о Дусе Святе, — еще прежде век было уготовано для людей; но, к сожалению, люди чрез грехопадение прародителей своих утратили было права свои на это царство Божие; Сын Божий, Второе Лице Св. Троицы, Своими искупительными заслугами стяжал для нас снова это наследие... Но получить его мы можем не иначе, как доказавши свои права на это наследие — первее всего крещением, а затем и чрез жизнь по вере в Иисуса Христа... Кто веру имет и крестится, и кто затем содержит ризу крещения чистою, неоскверненною от грехов, — тот спасен будет, т. е. получит уготованное ему царство от сложения мира... И посла рабы своя призвати званныя на браки: и не хотяху приити... В этих словах раскрывается нам история промыслительнаго действия Божия о народе израильском... Этот народ был избран из числа всех прочих быть носителем идеи о Спасителе мира, — ему даны были закон и пророки, его сам Господь уготовлял к принятию Мессии... Для сей цели Господь воздвигал в разное время нарочитых мужей, которые, являясь к народу Божию, возвещали ему Его волю: это были пророки Божии по преимуществу. Но чтож? как принимали этих глашатаев воли Божией те, к кому они посылались? — Увы! очень не хорошо: инии убиени быша, другие же руганием и ранами искушение прияша, еще же и узами и темницею, камением побиени быша, претрени быша, искушени быша, убийством меча умроша: проидоша в милотех и козиих кожах, лишени, скорбяще, озлоблени (Евр. 11, 35-37)... Паки посла ины рабы, глаголя: рцыте званным: се обед мой уготовах, юнцы мои и упитанная исколена, и вся готова: приидите на браки. — Вторично, — и уже во время пришествия самого Спасителя мира, были посланы Иоанн Креститель и св. Апостолы... Они возвещали, что Царствие Божие уже приблизилось, что настало время покаяния, а вместе с тем и спасения... — Они же, т. е. Иудеи, небрегше отъидоша, ов убо на село свое, ов же на купли своя, т. е., остались глухи к этой проповеди, отдавшись каждый своим земным интересам, своим личным делам, не думая о высших, духовных интересах; — прочии же поступили еще хуже: емше рабов его, досадиша им и убиша их. Так это было с апостолами: их сажали в темницу и били, а Иоанна Предтечу и св. Апостола Иакова Праведнаго — тех и просто убили... Итак, народ Божий, для котораго были посланы рабы с приглашением на брак, — этот народ в нравственной слепоте своей отверг это предложение, нанесши еще великое оскорбление Тому, Кто его звал на пир духовный. И слышав царь той, разгневася: и послав воя своя, погубити убийцы оны и град их зажже... Это и сбылось над Иудеей и Иерусалимом во времена императоров Веспасиана и Тита, когда совершились судьбы Божии над сим градом и сим народом... Нельзя без содрогания читать описания всех тех бедствий и ужасов, какия постигли народ Божий за совершенное им преступление; довольно сказать, что от величественнаго града и великолепнейшаго храма, которому удивлялись все современники, воистину не осталось камня на камне, — а вся Иудея, некогда цветущая страна, обратилась после того в пустыню и с тех пор никогда уже не поправлялась, хотя со стороны людей и были попытки возстановить ее из развалин... Таким образом, то, что предвещал еще пророк Моисей своему народу за уклонение от стезей Божиих (см. XXVIII гл. Второзакония), — сбылось с буквальною точностию. Тогда глагола рабом своим: брак убо готов есть, званнии же не быша достойни: идите убо на исходища путей, и елицех аще обрящете, призовите на браки... Званный народ оказался недостойным призвания, и Сам Господь, отвергая его, призывает других... Это, по изъяснению св. Апостола Павла, были язычники... Язычники, до сего времени предоставленные самим себе, действительно блуждали по распутиям мира сего, и ко времени Христа Спасителя чуть не дошли до совершеннаго отчаяния... Разложение, умственное и нравственное, в греко-римском мире было полное... И вот, в это самое время, Господь, не хотящий никому погибели, но хотящий всем спастися и в разум истины приити, призывает и их ко спасению... И исшедша рабы оны, т. е. апостолы, пастыри и учители церкви, — на распутия, собраша всех, елицех обретоша, злых же и добрых, и исполнися брак возлежащих... В Церковь Христову обращались и злые идобрые. Злых влекли туда свои расчеты, например: жить на чужой счет, без труда, — так как первые христиане имели все общее, разнаго рода привилегии для христиан, особенно со времени Константина Великаго, объявившаго христианскую религию господствующею в империи и предоставившаго христианам разнаго рода гражданския привилегии... Таким образом, Церковь Христова наполнилась не только добрым, но и злыми, — людьми своекорыстными и расчетливыми... Вшед же царь видети возлежащих, виде ту человека не оболчена во одеяние брачное. И глагола ему: друже, како вшел еси семо не имый одеяния брачна; он же умолча. В этом вхождении царя в пиршественную залу можно видеть суд Божий, который постигнет всех людей — во первых, при кончине каждаго непосредственно, а во вторых, во время всеобщаго и страшнаго суда... Когда Христос явится каждому из нас при кончине нашей, а затем всем при кончине мира, тогда объявятся не только все дела наши, но даже и все помышления наши, — тогда каждый предстанет пред Него, своего Судью и Мздовоздаятеля, со всем, яже соделал в жизни своей; тогда будет видно, кто в какой одежде... Каждому, входящему в царство Божие на земле, или — в церковь, дается светлая одежда по выходе из купели крещения, как символ очищения от грехов, подобно тому, как по восточному обычаю, всякому гостю царскому, приглашенному на пир, выдавалась, если он не имел своей собственной праздничной одежды, парадная одежда царская из царских хранилищ, и всякий, кто не имел своей приличной одежды, если бы не взял царской, считался бы оскорбителем царскаго величества; так точно будет и в царстве Христове: кто явится не в брачной одежде, т. е., без добрых дел, без чистой веры, а в скверне греховной, тот будет считаться оскорбителем чистоты и святости места, оскорбителем величества Божия, — словом, недостойным того наследия, на какое он предъявляет свои притязания... Тогда рече царь слугам: связавше ему руце и нозе, возмите его и вверзите во тму кромешнюю: ту будет плач и скрежет зубом. — Лишение света полагается великим наказанием человеку грешнику; почему? — а потому, что при отсутствии света, человек не может получать впечатления из видимаго мира чрез зрение, — для него закрывается целая область жизни духовной: это тоже, что голод телесный... Как без пищи тело мучится, страдает, так без света душа страдает, истаявает, ибо лишается притока свежих впечатлений. Как в природе растение без света блекнет и погибает, а животное растет болезненно и бывает худосочно и недолговечно, — так точно гибельно и для человека лишение духовнаго света в царстве славы... Тогда будет действительно плач и скрежет зубом! Мнози бо суть звани, мало же избранных! — Так заключил Господь Свою притчу, т. е., хотя искупительныя заслуги Христа Спасителя простираются на весь мир, на все человечество в прошедшем, настоящем и будущем, тем не менее не все спасутся, — и это не по воле Божией, а по воле самих же людей... Значит, может случиться, братие, что в число малоизбранных можем мы с вами и не попасть, — значит, может случиться, что и нас ввергнут во тьму кромешнюю... Когда и при каких обстоятельствах это может случиться? — Это может случиться со всяким из нас, кто нося имя христианина, да притом еще и православнаго, живет, однакоже, не по христиански, не по православному, кто, дав обеты крещения, не старается их соблюдать, — кто, отрекшись от диавола и ангелов его и сочетавшись Христу, следует, однакоже, не по заповедям Христа, а по влечению своей греховной плоти, по внушениям диавола... О сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою, — говорит Христос Спаситель; больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя, — любяй заповеди Его соблюдает... Не в укоризну, а только в напоминание скажу вам, что я, как вестник Божий, глашал неоднократно вас сюда в храм, призывал к таинству покаяния и приобщения св. Таин в посты Петровский и Спасов, — умножал для сего число служб недельных и пр. Чтож?! все ли послушали моего гласа? — Увы! из многих званных немного, однакоже, явилось избранных: вероятно, всякаго рода «злобы дня» удержали от этого... А между тем, кто поручится и в одном дне своей жизни... Не откладывайте же, братие, никогда надолго того, что можно сейчас сделать, ибо не весте ни дне, ни часа, в онь же Сын Человеческий приидет... Имеяй уши слышати, да слышит. — Аминь.

 

1893 года, 24-го Августа. г. Чикаго. Поучение Протоиерея Иоанна Поспелова (+1910г.) в неделю 14-ю по Пятидесятнице

 

Притча о званных на брачный пир; кто званные?
 Как Господь зовет нас на пир — в царство небесное?
 Еванг. Матф. 22, 1-14. Сегодня мы слышали христиане, из св. евангелия притчу о царе, который сделал брачный пир для сына своего и позвал на брак званных. Но званные не хотели придти. Царь опять послал других рабов сказать званным, что пиршество готово и чтобы они не медля приходили на пир; к удивлению званные принебрегли зовом и пошли кто куда, иный на поле, другой торговать; этого мало, иные были так дерзки, что наругались над рабами царя и убили их. Разгневался государь и истребил званных, а город их сожег; на брак же созвал других и пир наполнился. На пир как-то попался одетый неприлично; царь велел выбросить его во тьму кромешную. Притчу эту говорил Господь Иудеям, которые и были в древнее время званными; они были народ избранный Богом и одни только знали истиннаго Бога; другие народы были язычники и покланялись идолам. Для этого-то народа избраннаго Господь и приготовил пиршество, это св. церковь Христову, полную благодати на земле, приготовил великое несказанное блаженство, вечное, славное пиршество на небе. Посылал Господь к Евреям рабов своих, пророков, звать на это пиршество; пророки обличали народ за пороки, иногда за отступление от самого Бога, учили Евреев жить праведно, свято, чтобы они оправдали высокое свое призвание, быть народом Божиим, жили именно как дети Божии и таким образом могли достигнуть великаго пиршества на небе. Но пренебрегли многие званные проповедью пророков и иных из них даже предали смерти. И вот, Господь посылает других рабов, св. апостолов, звать на пир не только Евреев, но и язычников; язычники уверовали в Господа Иисуса Христа, сделались достойнее неверных Иудеев, прежде званных, и наполнили пиршество Господне. По милости Божией и мы, слушатели, званы на брачный великий, вечный пир в царстве Христовом, и нас постоянно зовут туда. Как зовут и когда? Зовут нас в храме Божием, когда учат, чтобы мы знали одного только Господа Бога, Ему одному служили, Его одного всем сердцем любили. Зовут нас и вне храма Божия; зовут самыя обстоятельства нашей жизни. Господь посылает нам счастие, это зов Божий к нам, это Господь заставляет нас счастием возблагодарить Его, Царя небеснаго, за дарованное Им нам благо и делать другим добро. Встречается с нами горе; и это посещение Божие; Господь говорит нам чрез то: образумьтесь, оставьте свои грехи, чтобы вам не потерпеть большаго наказания в будущей жизни. Приходит к нам болезнь, видимое внушение, что жизнь наша здесь не вечна, что истинное житие наше на небе, что туда мы и должны готовиться. А мы готовимся туда? мы слушаем зова Господня? Боже, Боже наш! Как часто мы совсем невнимательны к Твоему зову! Мы слышим в праздник Господень звон, это призыв служить Царю небесному, и часто идем на работу, иной на торговлю свою. Мы слышим в храме Божием слова самого Господа, которыя поучают нас оставить греховную жизнь я жить трезвенно, свято; и не слушаем мы этого божественнаго наставления, живем в неправдах и беззакониях. Други мои! не думайте, что мы, как христиане, так уже непременно и попадем на великий пир небесный. Нет; если мы будем пренебрегать зовом Божиим, если мы вознерадим о спасении своем и не оденемся в чистыя одежды добрых дел, или не омоем греховных скверн слезами чистосердечнаго раскаяния; то нас, как непотребных рабов, возьмут, свяжут и выбросят во тьму кромешную, где будет плачь и скрежет зубов. Пощади нас, милосердый Господи! Аминь.

 

1885 г. Слово Архимандрита Иоанна (Крестьянкина) (+2006г.) в Неделю 14-ю по Пятидесятнице

 

Други наши! Глас Церкви принес нам ныне одну из Притч Господа. Как часто Господь Спаситель на своем земном пути именно в притчах обращался к людям, желая образнее и доступнее пониманию открыть перед ними пути, ведущие в Царство Божественное. Притч много, но цель их всегда одна — растолкать наши холодные сердца, подвигнуть на ревность по Богу. В предыдущее воскресенье мы слышали притчу о злых виноградарях. А сегодня — Притчей — же зовет нас всех Господь на брачный пир веры в Царство Христово через Церковь Спасительную. И между этими двумя притчами существует глубокая внутренняя смысловая связь. В притче о виноградарях Христос напомнил нам, что людям вручен виноградник-земля нашего обитания, чтобы трудились все живущие, возделывая свой виноградник, принося плоды трудов своих Богу и людям. Каждый может стать злым виноградарем, богатея в жизни не в Бога, а в себя, и отвергая заповеди Божии. И каждый может стать рачительным хозяином своего виноградника, исполнением заповедей, обретая Божие благословение и Божию любовь. От дел своих пред Богом мы или оправдаемся, или осудимся. Смысл сегодняшней притчи о званных на вечерю перекликается со смыслом притчи о злых виноградарях. Отеческой заботой Бога о людях проникнуто содержание нынешней притчи. Царство Небесное подобно Человеку-Царю, устроившему брачный пир для своего сына. Отец Небесный посылает в мир Сына Своего Единородного с проповедью Святаго Евангелия. И звучит в Евангелии приглашение всем людям на пир веры, на трапезу любви Божией в чертогах Царства Небесного. Званные не отказались от приглашения (иначе и пир не был бы устроен), но, когда пришло время явиться на пир, засуетились они и у них нашлись более «важные», на их взгляд, дела: полевые работы, тортовые занятия, семейные обстоятельства. И просили извинить их за неявку и «иметь их отреченными». А пир готов, и медлить нельзя. И телец упитанный заклан, и одежды брачные ждут гостей. И на повторное приглашение последовал повторный отказ, теперь уже более трубый. Званные оскорбили и избили посланных к ним. И что же это за люди, так пренебрегшие любовию Божией? Не те ли это, в ком мирские дела и интересы временной жизни заглушили сами понятия добра и зла, временного и вечного, земного и небесного? И тогда Господь отвергся их. Он отвергает тех, кто совсем не пожелал услышать голос Божий в Святом Евангелии, кто забыл о своей ответственности пред Богом и о назначении своем в жизни. Но брачный чертог украшен и должен быть заполнен. И вот Царь-Господь посылает слуг Своих — апостолов и учителей веры и Церкви на «распутия» созывать уже не почетных гостей, но всех и каждого, кто встретится им на пути, чтобы спасти и облагодетельствовать хотя некоторых. И собрались люди. Святой евангелист Матфей говорит: «И рабы те... собрали всех, кого только нашли, и злых, и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими». Не смотрит Царь на убожество собравшихся, и всем равно выдаются одежды пира брачного, и всем равно служат царские слуги. И собранные вошли в брачные чертоги без всякого права, без всякой заслуги... по одному зову Божией Любви и милосердия. Эта любовь все покрыла, все сравняла — «нищих» с богатыми и избранными. Как при слышании всего изложенного не воскликнуть: О величие Божией Любви! О беспредельность Божьего милосердия! Но вспомним еще одно событие из Притчи. Царь, вышедши посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду. И говорит ему: «Друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде»? Что же это за одежда? Одежды эти — это и страх Божий, это и внутренняя чистота и кротость, это праведная благочестивая жизнь, это правда, мир и радость о Духе Святом. Вот и мы с вами, други наши, услышали зов Божий, голос Церкви Христовой, и мы пришли к Богу через купель святого крещения, и мы облеклись во Христа. Мы вошли на брачный пир. Мы возлежим на нем. А дальше каждому из нас на своем жизненном пути надлежит одеться в духовные одежды сообразно нашего земного призвания и поприща. Одни на всю жизнь взяли на себя только обеты при крещении, другие прибавили к ним обеты супружеские... А мы, здешние насельники, и все, обещавшиеся работать в жизни только Богу, обложили себя монашескими обетами. А тех, кого Бог удостоил и удостаивает священного сана, приняли и принимают обеты священнические: и диаконские, и пресвитерские, и архипастырские. Нам нельзя забывать об этом, но надо ежедневно и ежечасно проверять себя — те ли мы, кем быть должны? Те ли мы, какими обещались Богу быть? И не услышим ли мы грозное — «возьмите его и ввергните во тьму кромешную». Именно эти слова сказаны Царем-Господом тому, кто оказался на вечере любви без брачной одежды — без добродетелей. Он, как и все, введенные в Чертог, как и мы с вами, получил блистательные крещальные ризы — ризы брачные, но не облекся в их свет и чистоту, оставшись в прежнем своем облачении греха и порока, не утрудив себя подвигом жизни в Боге. И в тот последний час на обращение к нему Господа: «Друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» — припасть бы ему в покаянии к стопам Господа-Отца Небесного и воскликнуть: «Просвети одеяние души моея, Господи, и спаси мя». Он же молчал... Смотрите, дорогие мои, грешника Бог называет другом! И этим опять зовет его к сыновству. Грешник, не упорствуй, не косней (т. е. не медли) во грехе, откликнись хоть в последний миг покаянием и сожалением о бесплодно прожитой жизни, и прощение готово тебе. Но нет отклика и на этот последний призыв... И только после этого изрекается суд, и душа лишается Царства Божия. «Бросьте его во тьму кромешную, там будет плач и скрежет зубов», — говорит Царь слугам. И изгоняется душа в невыносимую муку обитания в мертвящей тьме. Туда, где нет Бога. Так, други наши, чада Божии, устрашимся примера! Позаботимся, чтобы наш отклик на зов Божий не был ни поверхностным, ни случайным. Вот уже 1000 лет Господь зовет Русь в жизнь вечную Своим Спасительным Словом — Евангелием; Своими великими делами, показав дни благоденствия духовного жизни в Боге Родины нашей. А кто мы? Каждый сам себе ответь на этот вопрос. Что мы — званные, это ясно, но верующие ли? Так приятно и читать, и слышать убедительные слова: «Ибо вы тверды в вере, это составляет нашу радость апостольскую, которая перекликается с радостию вашею». Как сказать вверенным нам пасомым эти слова? Мы не дерзаем, не осмеливаемся — оснований к этому нет... Ведь можно числиться среди верующих, под общим их именем, но без веры. Можно ходить в церковь, но оставаться вне ее, и тогда двери Царства Небесного будут закрыты перед нами. «Не вем вас», — скажет Господь. Иные совсем не думают о вере, словно и нет ее, и они в среде отказавшихся. Иные кое-что ведают о вере, но кружатся в бестолковом кружении, иногда вздыхая и ахая, но не хотят вырваться из оков неправды и опереться на Бога, и они еще в одежде порока. А Святитель Феофан Затворник говорит нам так: «Если ты веруешь, разбери сообразны ли с верою чувства твои, дела твои, одеяние души — ради которых Бог видит тебя брачно или небрачпо одетым. Можно знать веру хорошо и ревновать по ней — а в жизни работать страстям, одеваться в срамную одежду души грехолюбия... на языке: «Господи, Господи!», — а внутри: «Имей мя отреченна». После этого сам собою встает вопрос пред каждым из нас и пред всеми нами вместе: так кто же мы? Кто же мы? Кто же мы? Други наши! Будем возделывать души свои, будем почаще отвечать себе на вопросы: «Есть ли у нас живая вера во Христа?» «Творим ли мы дела для Бога, ради Бога и во славу Божию. Или работаем страстям и самости своей?» «Исправляем ли, очищаем ли жизнь свою Христом?» «Есть ли в нас ревность и решимость быть со Христом во веки?» Эти благочестивые размышления должны почаще касаться струн нашей души и нашего сердца, чтобы все Евангельские притчи, а их много, чтобы именно они могли растрогать нас, чтобы они заставили нас глубоко призадуматься над истинным смыслом жизни, особенно в наше смутное время и в наши чрезвычайно тревожные дни. Можно много говорить и красноречиво, и пространно. Можно давать всякие объяснения, имеющие, быть может, некоторые основания, но все же мы с вами живем в дни апокалипсические! И когда мы с вами почаще будем себе напоминать об этом, тогда это будет ближе нашей душе, нашему сердцу. И тогда мы сможем проверить, в брачной ли мы одежде или в срамном одеянии грехолюбия. Поспешим же на зов Божией Любви. Потрудимся, чтобы быть не только званными, к числу которых мы принадлежим, но и избранными. Ради чего мы живем на земле? Ради того, чтобы наследовать нескончаемую вечную жизнь. Аминь.

 

Псково-Печерский монастырь 19 августа / 1 сентября 1991 г. Поучение Священномученика Фаддея (Успенскаго), архиепископа Тверскаго (+1937г.) в Неделю 14-ю по Пятидесятнице

 

Притча о званных на брачную вечерю царского сына побуждает нас опять говорить о своем призвании. Учась в духовной школе, мы чрез то самое уже призываемся к тому, что осуществить составляет главную задачу этой школы. А задача ее прежде всего в том, чтобы готовить к служению пастырскому. Прежде часто говорили воспитанникам духовной школы, что еще до вступления в нее они уже самым рождением и воспитанием в духовной семье призываются к служению пастырскому. И так действительно можно было говорить в то время, когда еще не было слишком резкого разделения между отцами и детьми, какое наблюдается в последнее время. Да и теперь еще как много духовное юношество получает по наследству от отцов добрых навыков в благочестии, тяготения к церковности и как долго потом живет этим наследством! Как бы в самой крови у некоторых юношей духовного сословия живет глубоко внедрившееся влечение к пастырству. Но в то же время все усиливаются голоса, что священство не может иметь кастического характера и передаваться по наследству, и указывать на рождение и воспитание в духовной среде как на доказательство призвания к пастырству становится поэтому все труднее. Кроме голоса самой как бы крови, усиливаемого бытом, привычками, преданиями духовного сословия, вышедшие из последнего юноши теперь более склонны прислушиваться к другим голосам, призывающим к пастырству, обращаемым прямо к их уму, сердцу и воле. Как часто слышатся в духовной школе подобные голоса – в Слове Божием, в творениях святых отцов Церкви, пастырей и учителей, в истории Церкви, страницы которой полны самыми высокими и привлекательными образами пастырства! Но большинству юношей эти голоса остаются совершенно как бы неслышными, потому что поступают они в духовную школу с мыслями двоящимися, колеблющимися. Даже те юноши, которые имеют призвание, сколько обыкновенно колеблются, сколько путей жизни переберут в уме своем, на какие различные пути даже и пытаются стать, пока, наконец, чрез долгие годы решатся отдаться пастырскому призванию! Если прежде можно было о многих юношах прямо сказать, изберут ли они или нет путь пастырства, то теперь в иные годы нельзя бывает сказать этого ни про одного из оканчивающих курс духовной школы: так неустойчивы большею частью современные юноши в пути правды, в преданности воле Божией, в решимости отдаться своему призванию! Но, положим, что не все юноши, выходящие из духовной школы, действительно призваны к служению пастырскому, – верны ли они вообще духовному званию, которое должны бы слышать в душе своей, в глубине совести и все христиане, так как все они называются «духовными»? Сколь часто юноша, выходя из духовной школы, вскоре же начинает заявлять, что он не интересуется не только богословскими науками, но и религией! Как часто юноша этот не только оставляет благочестивые обычаи, поддерживавшиеся школой, но даже начинает издеваться над ними и прежнее мировоззрение меняет, как какую-то одежду! Почему же такая измена званию духовному? Почему так скоро по выходе из школы начинают говорить Христу: «Имей мя отречена»? Обыкновенно потому, что трудным кажется идти «путем тесным» подвигов духовных, которым идти Христос заповедал Своим последователям. «Мы не пустынники, не подвижники, – говорят обыкновенно такие в свое оправдание, – мы люди обычные, с немощами плоти, совсем не желающие без всякой нужды отрекаться от законных радостей жизни земной и благ ее». Как будто Христос и апостолы, учившие о необходимости «идти путем тесным», были какими-то пустынниками! Значит, вот где коренная причина отречения от звания духовного, корень самого неверия во Христа – это боязнь духовных подвигов, требуемых Евангелием, это желание разными сложившимися будто бы с логическою неизбежностью, а иногда складывающимися и в научное как бы мировоззрение взглядами на жизнь оправдать свое «хождение своими путями» (Деян. 14. 16), по влечению страстей житейских. Однако как ни старается таким образом человек уйти от своего духовного звания, совесть все же временами говорит громко и неумолчно против измены, и только до времени чрез свое равнодушие и забвение о звании духовном человек пытается скрыться от голоса совести, как страус прячет голову в перья, тщетно надеясь скрыться от преследующих его врагов. Итак, в начале учебного года, слыша притчу о званных на вечерю, вдумаемся в смысл своего духовного звания. Напомним себе, что, уходя от голоса, нас зовущего к служению духовному, мы делаем выбор обыкновенно не между двумя путями жизни или родами деятельности, которые избрать было бы по существу дела безразлично, а между Христом и миром с его злом, грехом и страстями. Самая жизнь все более и более начинает напоминать о необходимости более резкого разделения между этими двумя, не сходящимися между собою путями: многие даже из простого народа начинают вопиять громко о неестественном и вредном соединении под одною кровлею «духовной» будто бы двух школ, разнородных не столько по изучаемым наукам, сколько по своему настроению. Святейший Синод в последнее время напоминает о необходимости более искренней преданности духовного юношества главной задаче школы духовной – воспитать в себе влечение к пастырству или, по крайней мере, к духовному общехристианскому званию. Будем же самым делом воспитывать в себе эту любовь: искренно любя молитву, духовные упражнения и подвиги, возгревая огонь одушевления идеалами пастырства! А если и выйдет кто-либо из стен духовной школы на пути жизни светские, то пусть будет это не потому, что он слишком «возлюбил нынешний век» (2 Тим. 4. 10), «притворный, привременный», а потому, что получил от Бога иного рода таланты. Только в том случае, если выходящие из духовной школы на пути жизни светской действительно от Бога получили соответствующие тому иные таланты, духовная школа может напутствовать уходящих полными своими благословениями, в противном же случае придется ей скорбеть о говорящих Христу с легкостью и равнодушием: «Имей мя отречена!» Аминь.


 Главная Назад Наверх Печать